«Ничего не будет – ни кино, ни театра, ни книг, ни газет. Одно сплошное телевидение».

Х/ф «Москва слезам не верит» (1979 г.)

Если засунуть человека в томограф и предложить ему читать слова, ассоциированные с ароматами – например, «корица», «мыло», «кофе» – прибор зафиксирует активизацию тех отделов мозга, которые занимаются обработкой запахов. Если предложить испытуемым прочесть метафоры вроде «бархатный голос», то у них будет «загораться»… сенсорная кора, отвечающая за получение ощущений при прикосновении и за распознавание текстур поверхностей.

Когда участники нейробиологических экспериментов читают фразы, сообщающие о действиях, совершенных ногами (скажем, «он пнул мяч»), у них включается область моторной коры, ответственная за движение ног. Оказывается, человеческий мозг не делает большого различия между реальным опытом и чтением об опыте. Обратим особое внимание на то, что речь идет не о ярких визуальных стимулах, а всего лишь о каких-то утомительных буковках, которые нужно разбирать, понимать, интерпретировать.

Когда некоторые веб-аналитики уверенно заявляют о том, что в ближайшие годы аудиовизуальный контент вытеснит из интернета чтиво, они напоминают телеоператора из фильма 40-летней давности «Москва слезам не верит», уверенного в том, что скоро ТВ уничтожит все другие информационные и художественные жанры. Герой картины ошибся. Так же ошибаются и нынешние пифии.

6 000 лет развития письменности не прошли для человека разумного даром. Цивилизация выработала культуру обучения чтению и письму. И в последние десятилетия нейробиологи выяснили, что практика чтения физически меняет и усложняет структуру мозга ребенка по мере его роста и развития.

Как говорят ученые, за сотни тысяч лет эволюции способность усваивать устную речь и учиться говорить самому сделалась у человека «предустановленной». Он рождается как бы с временно пустыми мозговыми «слотами» под один-два языка.

Для процесса чтения и понимания прочитанного специальных нейробиологических структур эволюция не предусмотрела. Однако они возникают в процессе обучения и с людьми, полюбившими читать, остаются на всю жизнь (если их, конечно, принудительно не лишать чтива).

Исследования показали поразительную вещь: когда ранее не читавших шестилетних детей впервые начинают учить связи между звуками и буквами, чувствительность к напечатанным словам определенной доли мозга, обычно вовлеченной в процесс чтения у взрослых, появляется у малышей уже через несколько часов.

Изыскания с применением томографии зафиксировали, что после одного года обучения чтению детский мозг отлично различает напечатанные псевдослова от настоящих.

В первое время занятий он очень активно реагирует на буквы, как потенциально значимые стимулы. И часто ошибается в прогнозах: «это что-то значит» или «это ничего не значит». По мере накопления опыта чтения прогнозы становятся все точнее, и все меньше усилий и активности мозг начинает тратить на процесс.

Длительные нейробилогические исследования, в ходе которых отслеживались изменения строения мозга, обучаемого все более сложному чтению сначала в детском, затем в подростковом, а потом взрослом возрасте, доказали, что этот процесс физически изменяет существующие структуры серого и белого вещества, а также создает новые. Кроме того, чтение повышает связность между несколькими областями мозга.

Если немного упростить, такой особенный и непростой опыт как чтение, буквально «строит» мозг, делает его сложнее и, конечно, умнее. Связь между любовью к чтению и высоким уровнем интеллекта выявили десятки исследований – даже нет смысла ссылаться на какое-то конкретное.

Когда кто-то прогнозирует, что видео, картинки, аудио, игры вскоре вытеснят с контентного рынка тексты, он не учитывает тот факт, что очень значительная часть человеческой популяции живет со специфическими, развитыми именно чтением и для чтения мозговыми структурами. И они все время просят пищи.

Мало того, как мы узнали выше, люди в процессе чтения испытывают почти реальные ощущения. Хорошие тексты заставляют их погружаться в виртуальную реальность, создаваемую их собственным мозгом.

Прожить сто жизней, всего лишь читая

Кит Оутли, почетный профессор когнитивной психологии Университета Торонто (Канада) и писатель-романист считает, что чтение создает яркую симуляцию реальности, которая воздействует на умы читателей так же, как симуляции компьютерные.



Также чтение помогает «симуляции» людей – представлению о том, что думает и чувствует другой человек. Умение читать художественную литературу и любовь к ней, как оказалось, связаны с тем, насколько хорошо мы можем представлять себе модель психики другого.

Исследование 2016-го года, проведенное учеными из Принстона (США), Гарварда (США) и Университета МакГила (Канада) показало, что люди, чаще читающие художественные книги, демонстрируют наиболее высокие социально-когнитивные способности. Литература однозначно улучшает социальное познание ее читателей.

Ученые указывают, что читатели «художки» умеют выходить за пределы состояния «здесь и сейчас», чтобы получать опыт «пребывания» в других мирах и переживания психических состояний других людей, которые сильно отличаются от их «местной» реальности и от «местных» знакомцев.

Однако наука считает, что последствия чтения выходят далеко за рамки субъективного опыта человека. Обобщая данные исследований из разных областей научного поиска, специалисты заявляют: в последние столетия грамотность оказала огромное влияние на фундаментальные социальные сдвиги – всеобщее снижение насилия в социуме, нормализацию отношения к жизни, основанного на «я хочу», а не на жестких и часто жестоких правилах в стиле «так надо».

Одно из предположений, почему это произошло, состоит в том, что чтение научило людей представлять себе психику другого. Это принято называть «теорией разума». К этому же классу явлений относится эмпатия.

Читая о других, мы можем эмоционально и интеллектуально «прожить» часть их жизни или даже всю жизнь, не проживая ее физически. Благодаря текстам мы можем понимать профессионального футболиста; блогера-экстремала, совершающего затяжные прыжки с большой высоты; китобоя; пирата; участника боев без правил; предпринимателя, построившего необычный бизнес – да кого угодно. Мы можем примерять на себя их эмоции, глубинные чувства, их способ мыслить и принимать решения.

Причем чтение позволяет делать это очень быстро. За несколько лет после сотни-другой прочитанных книг мы можем «прожить» сто жизней, получить виртуальный опыт, не ввязываясь в разгребание последствий, которые влечет за собой опыт реальный.

Когда блистательный мутант Криштиану Роналду завершит карьеру и надиктует профессиональному писателю свои обширные мемуары, мы узнаем каково это: быть сверхспособным в очень специфической области; лезть из кожи вон, чтобы твои способности заметили; жестко конкурировать в среде подобных тебе мутантов; тратить полжизни на однообразные изнурительные тренировки; постоянно получать травмы и лечиться; превращать «рукомашество и дрыгоножество» почти в высокое искусство и тем вызывать восхищение.

Умение извлекать чужой опыт из книг в детстве и юности (и даже во взрослом возрасте), по данным науки, причинно предсказывает развитие социально-когнитивных (то есть эмпатийно- умственных) способностей.

Но что интересно, возможно, не всякая литература помогает развиваться социально-психологически. Одно исследование показало, что в этом преуспевают высококачественные романы. А, скажем, научно-популярные книги не слишком эффективны в том, чтобы сделать людей более эмпатичными. Правда, у этого изыскания была маленькая выборка всего в 100 испытуемых, поэтому его выводы остаются спорными.

Другие исследования доказывают, что ключевым здесь может быть вовлеченность людей в чтение. А ее обеспечивает, по всей видимости, не жанр, а как раз качество текста.

Высококачественные тексты заставляют читателей моделировать и познавать реальность, которая не здесь, включая гипотетические события и субъективный опыт других людей. А далее, по мнению ученых, такое моделирование трансформируется в реальные последствия для социального познания читающих.

Увлеченные читатели – тоже своего рода мутанты. Примерно 10 % людей по статистике являются дислексиками (читателями наоборот), им чтение дается с большим трудом. В США около 14 % граждан не в состоянии сдать простые тесты по чтению, несмотря на то, что нормально владеют устной речью.

Данных о том, сколько в мире «квалифицированных читателей» – тех, кто с большой вовлеченностью и скоростью способен усваивать сложные, высококачественные тексты, к сожалению, не найти. Рискнем предположить, что распространенность «суперчитателей» в популяции более-менее подчиняется функции нормального распределения вероятностей, что часто встречается в живой природе.

Очень грубо можно прикинуть, что если с одного конца графика мы имеем 10 % дислексиков, то с другого будем иметь 10 % сверхчитателей. А вообще около 30 % жителей Земли читает книги постоянно. И это нам кое-что говорит о емкости рынка «чтива» в интернете, которое обычно бывает попроще, чем собственно литература. Но сначала поговорим о скорости потребления и производства текста.

Самый «быстрый» контент – текстовый

Текстоцентричные люди не любят смотреть лекции, интервью, беседы, вебинары, какими бы важными, интересными и познавательными они ни были – «сверхчитатели» ищут текстовые расшифровки. Потому что скорость подачи материала в видео невыносимо медленная. Те сто тысяч знаков, которые два часа проговаривает лектор в реальном времени, квалифицированный читатель усвоит в виде текста за 20–30 минут.

Видео, подкасты и аудиокниги для текстоцентричных людей – это пожиратели драгоценных минут жизни. Поэтому при повседневном потреблении информации такие интернет-пользователи всегда предпочитают текст.

Производители же контента (даже если они делают, скажем, сериалы) тоже используют текст для первичного донесения информации до широкой публики. Что уж говорить о СМИ, тематических блогах, соцсетевых пабликах или бизнес-страницах.

Производство и публикация текста требует минимум технических средств. И обычно на создание новости, анонса, да практически любого короткого информационного сообщения требуется всего несколько минут. Тексту не нужен свет, грим, фильтры, монтаж, колоризация, исправление звука и т. п. Поэтому производители контента всю «текучку» всегда будут выдавать в виде текста. В том числе из-за того, что в окружающей нас «экономике внимания» больше зарабатывает тот, кто реагирует на повестку дня быстрее.

Производство качественного текста еще и тупо дешевле, чем качественных видео, подкастов и т. п. Поэтому конкурентным оружием мелкого и малого бизнеса, блогеров и в широком смысле сайтовладельцев и деятелей культуры еще долго-долго будут буквы.

Объем рынка интернет-чтива

Несмотря на то, что мультимедиа в последние годы усердно загоняют читателей в цифровое гетто, где обитают «бумеры и ретрограды», количественно его население очень велико. Определить его мы попробуем с помощью простого и, вероятно, правильного предположения: «те, кто постоянно читает книги, читают и текстовый контент в Сети».

Соответственно, нам нужно прикинуть, сколько на Земле любителей книжек. Крупнейший в Германии институт маркетинговых исследований GfK в марте 2017 года представил результаты изыскания «Частота чтения книг», проведенного в 17 странах с крупной выборкой в 22 000 человек старше 15 лет.

Опросы проводились в США и Канаде, Западной Европе, Бразилии и Аргентине, Китае, Японии, Южной Корее, России – то есть, в развитых и развивающихся странах с высокой степенью проникновения интернета. В связи с этим мы можем предполагать, что читатели книг из этих стран являются также и интернет-пользователями.

Социологи GfK выяснили, что в среднем 30 % населения указанных держав читает книги «каждый день или почти каждый день». Еще 29 % опрошенных сообщили, что делают это хотя бы раз в неделю. В России результат оказался практически идентичным среднему – 29 % и 30 % соответственно.

Мы можем грубо предположить, что «гетто читателей» – это около 30 % интернет-пользователей. И что их больше миллиарда человека. Они и дальше ежедневно будут потреблять тексты, несмотря ни на какой бум мультимедиа, ибо, как мы выяснили выше, у них так физически устроен мозг.

Вернее, они сделали свой мозг таковым – обучаясь чтению, обучаясь эмпатии, улучшая свои когнитивные способности посредством усложнения собственных нейронных сетей и повышению их связности.

Читатели и далее будут иметь желание получать информацию быстро, а не как при просмотре видео. Они продолжат читать в принципе, потому что получают в процессе широкую гамму ощущений, которых были бы лишены, если бы когда-то не познали сладость чтива. У любителей почитать это удовольствие можно отнять только насильственно.

Есть, конечно, гипотетическая возможность снизить население «читательского гетто» путем депопуляризации чтения под лозунгами «собрать бы книги все да сжечь» и «книги – крамола, их делают и насаждают благодаря заговору книжных червей». Но такое может быть устроено лишь на государственном уровне и при очень больших затратах материальных и человеческих ресурсов. Мало какая страна ими обладает…

Некоторую тревогу у производителей текстового контента может вызвать явление, условно именуемое «Антиэффектом Флинна». Собственно Эффектом Флинна принято называть длительный и существенный рост IQ в среднем по человеческой популяции в течение 20-го века. Он был доказательно зафиксирован многочисленными исследованиями.

Однако недавно обнаружилось, что в Норвегии, Дании, Австралии, Великобритании, Нидерландах, Швеции, Финляндии, Франции и немецкоязычных странах с середины 90-х годов идет обратный процесс. Грубо говоря, население тупеет, хотя и незначительно.

Если эта штука охватит больше обществ, то доля читающих интернет-пользователей в ближайшие десятилетия неминуемо снизится. Но ученые считают, что «антиэффект Флинна» пока настигает лишь развитые страны, а в развивающихся средний IQ продолжает расти. То есть, вообще «по больнице» соотношение умных и глупых, читающих и любящих видосики, скорее всего, будет колебаться слабо.

Поэтому тем, кто вкладывается в создание текстов – финансово или трудовым, умственным ресурсом, волноваться рано. «Гетто читателей» будет жить и ждать новых интересных книг, статей и новостей еще долго.

©



You may also like