Медитация обычно изображается как простой и приятный прием, улучшающий почти все аспекты нашей жизни. Всего несколько минут осознанности — все, что нужно, чтобы пожинать плоды этой изменяющей жизнь практики. Тем, кто сомневается, напоминают, что это похоже на фитнес для ума — а кому помешает небольшое умственное упражнение?

Однако то, как обычно описывают медитацию осознанности, не отражает ни разнообразия способов, которыми она практикуется, ни ее последствий. Возможно, осознанность — это просто, по крайней мере в теории, но определенно не легко, как неоднократно повторял в своих книгах и презентациях так называемый «отец осознанности» Джон Кабат-Зинн. Она может вызвать не только положительные ощущения или приятные переживания, но и дискомфорт. Иногда медитация приводит к новым тревогам или к усилению беспокойства, депрессии или другому психическому расстройству. Так что ответ на вопрос «Что самое худшее, что может случиться?» куда более суров, чем предполагают большинство экспертов. Более того, этика, ценности и предположения, лежащие в основе этой практики, не всегда четко изложены. Таким образом, медитация больше похожа на альпинизм, чем на простую тренировку — это что-то потенциально напряженное, к чему, в зависимости от целей, нужно подходить с осторожностью, осознавая риски.

Я не хочу вспоминать старую пословицу о том, что к одной и той же вершине духовного просветления ведет множество троп. На мой взгляд, цель практики — это не какой-то сверхъестественный результат, а приобретение навыков, которые помогают в повседневной жизни. Когда мы сосредоточены на обыденности, это не исключает превосходных результатов, просто мы их не замечаем. Возвращаясь к аналогии, задумайтесь хорошенько об альпинизме. Есть множество пиков разной высоты, которые можно сделать целями. На эти вершины есть маршруты разной сложности, заточенные под разные техники. И есть меры предосторожности, которые нужно предпринять — в том числе, найти хорошего проводника и оценить свою готовность — но некоторые люди все равно получают травмы, даже если все делают «правильно». И не стоит забывать, что есть те, кому восхождение на гору просто неинтересно.

Это правда, что медитацию можно выполнять где угодно и когда угодно, в одиночку или вместе с другими людьми — как и многие другие формы упражнений. Однако есть определенные ситуации, которые способствуют ей больше, чем другие. Тихое место с подушкой или таймером, вероятно, поможет достичь правильного мышления, а медитация на Таймс-сквер потребует такого уровня осознанности, на который могут претендовать лишь немногие избранные. Чтобы заняться альпинизмом, вам понадобится хоть какой-нибудь холм или стена с точками захвата. Люди, практикующие медитацию, посещают студии, ретритные центры, храмы или медитируют самостоятельно дома. Точно так же альпинисты тренируются в разных условиях, готовясь к сложным восхождениям — что, возможно, сравнимо с длительными ретритами в безмолвии.



Сама практика медитации так же разнообразна, как религиозный, духовный, светский и медицинский контексты, из которых она возникла. Можно медитировать с открытыми или закрытыми глазами, сконцентрировавшись на дыхании, или повторять мантру, оставаясь совершенно неподвижными, или медленно прогуливаться. Цели медитации тоже разнообразны, начиная от улучшения самочувствия, налаживания связи с чем-то большим, чем мы сами, до достижения просветления. Альпинисты тоже используют различные техники, и нет единого мнения относительно «правил». Некоторые техники или приемы, которые подходят для одной горы или тропы, не применимы для другой. Скорее всего, цели тоже отличаются: одни хотят экстремальных испытаний, а другие — просто хорошую физическую форму.

Поразительно, что недавний новый всплеск медитации затронул в основном людей среднего и высшего классов. Даже в традиционных буддийских монастырях лишь у небольшой группы привилегированных монахов было специально выделенное время для медитации. Это, конечно, не означает, что менее привилегированные не могут медитировать, но большинство попыток коммерциализации медитации нацелены на тех, у кого есть хороший доход. Так и альпинизм когда-то считался хобби для богатой элиты, хотя за последние 200 лет он приобрел популярность среди среднего класса. В обоих случаях изменения в технологиях и трудовой жизни привели к увеличению совокупного дохода и свободного времени среди более широких слоев среднего класса. В результате эти люди начали искать новые виды деятельности, которые ранее были недоступны.

Связь между медитацией и альпинизмом не ограничивается поверхностными аспектами целей, методов и популярности. Еще одно ключевое сходство касается важности учителей или проводников. Медитацией может заниматься любой, независимо от того, насколько хорошо или плохо описана практика. Несмотря на предпринятые попытки установить международные стандарты в конкретных областях, практика медитации в основном никак не регулируется. И альпинизмом любой человек может заняться в любой момент, с маленькой квалификацией или вообще без нее. Но чем опаснее подъем, тем больше вероятность того, что люди воспользуются услугами профессиональных гидов. Я только хочу, чтобы то же самое было и с медитацией. Глубины разума могут быть сложными и коварными, но многие решают проникнуть туда без руководства или поддержки.

Вопрос гарантий — это еще одна область, в которой медитация отличается от обычных тренировок. Существует множество систем и руководств, которые помогают понять, как самостоятельно подойти к медитации, с защитными зонами и гарантиями: учителя медитации, психологи и психиатры. Однако сравнение медитации и простых физических упражнений приводит к тому, что многие начинают самостоятельно медитировать в различных контекстах, где это может быть бесполезно или даже вредно. Конечно, некоторые занимаются альпинизмом, не заручившись поддержкой проводника или не пройдя подготовки, но я подозреваю, что гораздо меньше людей спонтанно совершают восхождение в Швейцарских Альпах, чем отправляются на 10-дневный медитационный ретрит.

Еще одно важное соображение — с чего начать. Медитация не должна быть уделом избранных, но цель, особенности пути и качества медитирующего помогают определить, с чего начать. Восхождение на гору «для новичков» в оптимальных условиях, когда вы в хорошей форме и здоровы, сильно отличается от того, когда «диванный увалень» внезапно решает покорить вершину К2. Точно так же попытка пятиминутной онлайн-медитации сильно отличается от 10-дневного ретрита по Випассане или восьминедельной программы клинической осознанности.

Осознание своего разума также имеет значение в медитации. Если вы никогда не исследовали глубины своей психики и/или у вас есть история неизученных травм или невылеченных психических заболеваний, было бы безрассудно начинать медитировать — также, как человеку с физическими ограничениями без подготовки отправиться в сложную альпинистскую экспедицию.

Важный фактор в понимании того, с чего начать, — это размышления о том, что вы надеетесь получить. Как и у альпинистов, у медитирующих разные цели. Некоторым вполне достаточно смотреть на горы из окна гостиной. А кто-то считает, что это все ерунда, если вы сами не взобрались на вершину — примерно так же думают люди, занимающиеся медитацией на протяжении многих лет. Между тем, кому-то вообще не хочется идти в горы. Медитация не для всех, и есть много путей к душевному благополучию и тем ментальным состояниям, которые достигаются с помощью тщательной созерцательной практики.

Необходимы дополнительные исследования, чтобы выяснить, как лучше всего достигаются различные цели. Небольшие высоты (почувствовать себя немного счастливее) можно одолеть с минимальной практикой. Средние (например, лечение распространенных психических заболеваний) могут потребовать постоянной, регулярной умеренной практики. Более серьезные высоты (например, достижение эмоционального равновесия или просветления) могут потребовать регулярной медитации на протяжении всей жизни.

Большинство людей зайдут на этом пути в тупик. У медитации, как и у альпинизма, есть ложные вершины — когда вы думаете, что достигли финиша, но впереди еще долгий путь. Если говорить о медитации, то вопрос о том, кто достиг продвинутых духовных состояний, — это предмет серьезных споров. Многие ученые и практики утверждают, что акцент на определенном опыте или утверждении о достижении — это ложная вершина. Другими словами, люди цепляются за некие идеи о том, к чему приведет медитация, и заявляют, что достигли определенного статуса, тогда как в действительности им предстоит еще многое сделать или решить множество проблем.

Жизнь — это изменение. В разные моменты жизни мы сталкиваемся с разными или с одними и теми же проблемами — но с разными ресурсами. Подобно тому, как сложность восхождения на гору зависит от ветра, снега или эрозии, сложность самоанализа меняется со временем в зависимости от внутренних и внешних событий. Люди могут быть более подготовленными к исследованию глубин своего разума или к таким вещам, как просветление, на различных этапах своей жизни, в зависимости от благополучия, социальной поддержки, дохода и обязанностей. В стрессовые времена и при ограниченных ресурсах заглянуть внутрь сложнее, чем когда все в порядке. Зацикленность на одном направлении при меняющихся обстоятельствах также может нанести серьезный вред. Вы ведь не пойдете по тропе, которую завалило лавиной. Так же нужно изменять тип практики, если она оказывается непродуктивной или вредной.

Настоящая медитация сильно отличается от того, как ее принято описывать — как легкий и позитивный способ достижения «ментальной формы». Итак, в следующий раз, когда кто-то посоветует вам «потренировать свой разум» или записаться на медитационный ретрит, скажите, что вы подниметесь на эту гору, когда почувствуете себя готовыми. Вы можете объяснить, что это не так просто, как мысленный эквивалент нескольких приседаний. Изучение внутреннего мира — глубокий и изменяющий жизнь опыт, но к нему следует подходить с уважением к рискам и с некоторыми представлениями о предстоящем пути. Покорение вершины разума в рамках осторожного похода с проводником — это, возможно, вызов всей жизни. Это не так просто, как пройти несколько кругов по кварталу.

©



You may also like