Уподобляясь религиозным пророкам, светила Big Tech проповедуют приход нового интернета. Если верить их евангелию — сообщениям в блогах технологических компаний и венчурных инвесторов — завтрашнее киберпространство будет эмпирическим, трансцендентным, иммерсивным, трехмерным, а все разрозненные сайты и сервисы, которым мы всецело преданы, будут собраны под одним покровом. Это будет суперплатформа, которая объединит социальные сети, онлайн-игры и приложения, делающие жизнь более удобной, в одном цифровом пространстве с единой цифровой экономикой.

Компании виртуальной реальности обещают, что вы сможете попасть туда с помощью гарнитур VR, а компании дополненной реальности — что благодаря умным AR-очкам. И с мальчишеским энтузиазмом и пиететом эти проповедники назвали свою мечту «метавселенной» — по мотивам антиутопического романа Нила Стивенсона «Лавина» (1992).

В те годы, когда Стивенсон писал свою книгу, интернет представлял собой россыпь причудливых маленьких планет, связанных лишь гравитационной силой серверной технологии. Начинающие разработчики создавали простейшие веб-сайты, используя HTML и HTTP. И вскоре фан-сайты «Друзей» и страницы Техасского интернет-консалтинга висели отдельно от безвкусных GeoCities.com с их бродвейской поэзией. Затем из этой разрозненной солнечной системы родились веб-браузеры вроде Mosaic и Netscape, призванные решить проблему отбора и объединения информации.

Метавселенная, как ее изначально задумал Стивенсон, была похожа на трехмерную цифровую улицу с виртуальной недвижимостью, где аватары пользователей могли гулять, веселиться и заниматься бизнесом. Ею управляла компания под названием Global Multimedia Protocol Group, которая зарабатывала тем, что предоставляла доступ в трехмерное киберпространство.

Мечтательные футуристы 90-х годов приняли эту идею за чистую монету, воплотив ее в виде аватаров в изолированных киберпространствах типа Activeworlds. Другая часть идеи — важная часть — заключалась в объединении разных киберпространств, но пока этого сделать не удалось.

Метавселенная должна стать функционально совместимой: цифровые сервисы, связанные с ней, должны объединиться — как отдельные лоскутки, которые сшиваются в одно одеяло. Венчурный инвестор Мэтью Болл, который много писал о метавселенной, говорит: «Компаниям придется отказаться от патентованных форматов и принять полностью открытый исходный код».

В начале 2000-х годов появился целый ряд проектов метавселенной с открытым исходным кодом, которые ставили целью объединить существующие виртуальные миры. Если бы код был свободным и доступным для всех, любой любитель «Лавины», обладающий определенными знаниями, мог бы проложить свою собственную аллею в метавселенной. И легко представить, какую эгалитарную метавселенную породил бы интернет, если бы остался таким же, как на заре своего существования: 50-летняя женщина с аватаром Барби направляется из дома своей мечты в Second Life прямиком в VR-бутик, где покупает цифровую тушь для ресниц на золото, заработанное в World of Warcraft.

Но эти проекты так и не получили развития. «Энтузиазма для объединения было недостаточно, отчасти потому, что для него не было мотива, — говорит создатель Second Life от компании Linden Lab Филип Роуздейл. — Наша компания просто пыталась заработать денег».



К середине 2000-х годов стало ясно: чтобы заработать деньги, нужно создавать не отдельные веб-сайты, а способы сортировки информации, каналы и агрегаторы — достаточно открытые, чтобы масштабировать создаваемый пользователями контент, но достаточно закрытые, чтобы получать огромные прибыли. «Несколько онлайн-сервисов обрели действительно глобальную пользовательскую базу, а вслед за ними выросла глобальная инфраструктура, призванная оптимизировать их потребности», — говорит старший советник по вопросам политики в Internet Society Карл Ганберг.

Это была эволюция от Web 1.0 к Web 2.0. Почти 30 лет киберпространство под действием гравитации создавало все меньше и меньше корпоративных титанов. Маленькие причудливые планеты притягиваются друг к другу, сталкиваются, объединяются в планеты побольше, снова сталкиваются, образуют звезды или даже черные дыры. Facebook пожирает Instagram и WhatsApp, Amazon проглатывает две дюжины сайтов электронной коммерции. И в конце-концов остается лишь несколько сверхмассивных игроков, контролирующих и присваивающих небесное движение миллиардов пользователей. Вот как Большие технологии стали большими.

После того, как интерес к метавселенным с открытым исходным кодом угас, технологическая индустрия целое десятилетие была одержима «средой тотального сервиса». В ней вы проводите утро в Gmail, днем вносите данные в Google Sheets, перерыв проводите в телефоне Android, а затем отправляетесь в новый паб с помощью Google Maps или смотрите YouTube на умном девайсе Nest всю ночь.

Это интернет, унаследованный метавселенной. Или, точнее, это интернет метавселенной с точки зрения Big Tech.

И вот идея создания метавселенной возникла вновь. Чем вызван нынешний ажиотаж? Это просто лаконичный способ для Big Tech продвигать свою обширную линейку продуктов. Метавселенная как описание следующего уровня консолидации интернета — это маркетинговый ход в отношении растущей власти техногигантов. Это будет тот же Big Tech, с теми же проблемами — только еще больше.

Meta Platforms (ранее Facebook), которая, как пообещал Марк Цукерберг, в конечном итоге станет «компанией метавселенной», владеет не только четырьмя из шести крупнейших социальных сетей, но и компанией Oculus, которая производит оборудование для виртуальной реальности. Виртуальная реальность вот уже десяток лет обещает стать мейнстримом, но пока еще далека от повсеместного распространения, так что компании нужно как-то оправдать это приобретение стоимостью $2 млрд. А как еще более эффективно продавать гарнитуры VR, нежели заявить, что они понадобятся каждому для доступа к интернету будущего, особенно если этот интернет будет принадлежать Meta?

Для компании Microsoft метавселенная — это научно-фантастическая оболочка для всей совокупности их платформ и продуктов, включающих операционную систему (Windows), серверы (Azure), коммуникационную сеть (Teams), технические (HoloLens) и развлекательные (Xbox) средства, социальную сеть (LinkedIn) и IP (Minecraft). В майском выступлении корпоративный вице-президент Azure Сэм Джордж заявил, что Microsoft идеально подходит для начала слияния «физического и цифрового миров» в рамках «стека технологий для метавселенной». Они, с воодушевлением отметил Джордж, «доступны уже сегодня».

Конечно, в среде тотального сервиса пользователь не воплощается буквально в виде аватара девушки-кошки, который используется в Final Fantasy XIV, или Тони Тигра из Second Life. Среду тотального сервиса можно назвать метавселенной, потому что она соединяет, поглощает, обеспечивает одновременное присутствие многих людей и легко перенаправляет пользователей от одного цифрового ресурса к другому. Фактически, то, что аватары видят друг друга, и делает метавселенную научной фантастикой.

Прямо сейчас метавселенная живет в пространстве между этими средами тотального сервиса и корпоративными блогами их владельцев. Это приглашение подчиниться сервисам технологических гигантов, а не стать равноценными партнерами.

Если компании, доминирующие в киберпространстве, на самом деле решили сотрудничать, чтобы создать это цифровое лоскутное одеяло совместными усилиями, то это весьма любезно с их стороны. Но существует ли мир, в котором Microsoft, Facebook, Epic Games, Apple, Niantic, Nvidia и другие способны объединить свои самые ценные продукты в стиле Captain Planet, чтобы построить метавселенную по стандартам открытого исходного кода, отказавшись от миллиардной прибыли? Это весьма непростая задача — радикально изменить код и начать сотрудничать с конкурентами. Зачем трем или четырем технологическим гигантам сотрудничать для создания одной метавселенной, если они уже потратили десятилетия и миллиарды на свои собственные?

Возможно, ближе всего к реальной метавселенной находится Roblox — платформа и инструментарий для разработки игр стоимостью в миллиард долларов. Игроки с помощью Roblox создают игры, где можно подобрать брошенное животное или виртуально воссоздать местную церковь, и к ним могут присоединиться 48 млн пользователей ежедневно. Roblox объединяет эти миры с помощью запатентованной поисковой системы на основе браузера.

Запатентованный — ключевое слово. Игроки не могут перенести свои мини-метавселенные в World of Warcraft или Second Life. Рост Roblox зависит от Roblox. Тем не менее в начале 2021 года генеральный директор Roblox назвал компанию «пастырями метавселенной».

Если неконтролируемый рост Big Tech продолжится, метавселенных будет несколько, если они вообще будут. Все они будут совместимы под эгидой одного технологического гиганта, точно так же, как Apple одновременно и обнесенный стеной сад, и удобный обитаемый террариум для своих преданных пользователей. Им нравится целостность уникальной операционной системы Apple и универсальность iMessage. А Apple, по-видимому, нравится взимать 30% комиссии с разработчиков, которые продают свои приложения для iOS через App Store.

Генеральный директор Epic Games Тим Суини открыто говорит об угрозе метавселенной — хотя и считает ее неизбежностью — функционирующей как экосистема Apple, управляемой «одной центральной компанией» и «более могущественной, чем любое правительство». Его видение метавселенной подразумевает киберпространство, созданное на основе игровой платформы Fortnite и движка Unreal Engine.

Недавно компания Epic подала в суд на Apple, но проиграла. Было забавно слышать, как судья из Калифорнии заявляет, что «Epic Games стремится к изменениям в системе, которые приведут к огромной денежной прибыли и богатству… [Иск] — это механизм для оспаривания политики и практики Apple и Google, что не соответствует видению надвигающейся метавселенной господина Суини». Упс.

Генеральный директор конкурирующей компании-разработчика игровых движков Unity Джон Риччителло согласен с тем, что видение метавселенной Big Tech оруэлловское. Что он предлагает? Всем использовать Unity. «Это уменьшит высоту садовой ограды», — утверждает он.

Кто хочет, чтобы метавселенная оказалось похожей на Web 2.0? Кому нужна метавселенная для масштабирования и зарабатывания денег? Новые проекты метавселенной с открытым исходным кодом направлены на борьбу с неизбежностью нового интернета, основанного на среде тотального сервиса. «Я думаю, что мы, вероятно, увидим метавселенную Web 2.0 и метавселенную Web 3.0. И Web 2.0 — это все крупные технологические компании, которые закрыты. Они не откажутся от своих серверных моделей или сбора данных», — говорит соучредитель и генеральный директор Crucible, проекта открытой метавселенной, Райан Гилл. — Мы увидим гораздо более быстрое масштабирование метавселенной Web 2.0. Но единственный путь к Web 3.0 — это децентрализация». Новый интернет, по мнению Гилла, должен быть построен на открытых протоколах и стандартах, включая технологию блокчейн. Он считает, что сообщества открытого исходного кода внесут свой вклад и будут вознаграждены финансово.

Web 3.0, который описывает Гилл, очаровательно похож на Web 1.0 1990-х годов — разрозненная, управляемая пользователями, децентрализованная сеть, которая породила идею метавселенной.

Возможно, идея метавселенной слишком несовершенна, чтобы существовать в каком-либо воплощении. Подключение к сервисам, которые собирают данные, следят за нами и контролируют наше внимание, скорее всего, сделает мир хуже, а не лучше, по крайней мере, для тех людей, кто не работает вице-президентом в Meta или Microsoft.

Отделы маркетинга Big Tech озаряются радостью, когда мы реагируем на их посты в корпоративных блогах, но в реальности может оказаться, что любая метавселенная, рожденная их интернетом, будет недружелюбна к людям. По правде говоря, сегодняшняя метавселенная никогда бы не стала сетью причудливых маленьких планет. Но лишь в одном случае она будет близка к оригиналу, трехмерной улице из «Лавины» — если в ней Amazon помимо услуг арендодателя будет владеть большинством магазинов.

©



You may also like